Октябрьский районный суд Амурской области рассмотрел гражданское дело по иску жителя Октябрьского района к Отделению судебных приставов по Октябрьскому району, Управлению ФССП России по Амурской области, Федеральной службе судебных приставов и судебному приставу-исполнителю. Истец требовал признать незаконными действия пристава и возместить убытки, возникшие в результате исполнительного производства.

     Истец оспаривал действия судебных приставов, которые в декабре 2024 года взыскали с его срочного банковского вклада в банке 679,65 рублей в счёт неоплаченного административного штрафа за нарушение ПДД. По мнению истца, он не был надлежащим образом уведомлен о возбуждении исполнительного производства. Досрочное списание средств привело к расторжению договора вклада под 19,8% годовых и потере начисленных процентов в размере 100 265 рублей 80 копеек. Истец требовал взыскать эту сумму с пристава, а также компенсацию морального вреда и судебные расходы.

Представители ФССП России не признали иск, указав, что арест средств для обеспечения исполнения исполнительного документа является законной мерой. Они подчеркнули, что уведомление должника в таком случае не является обязательным условием. Вина за финансовые потери истца, по их мнению, лежит на банке, который в одностороннем порядке изменил условия договора вклада.

Банк, выступавший в деле как третье лицо, заявил, что действовал строго в рамках закона, исполняя постановление пристава. Списание средств и последующий пересчёт процентов по ставке «до востребования» были совершены в соответствии с условиями договора, к которым истец добровольно присоединился.

Изучив материалы дела, суд установил, что факт ненадлежащего уведомления истца о возбуждении исполнительного производства подтвердился. В отношении судебного пристава-исполнителя, допустившего это нарушение, уже были применены дисциплинарные меры.
Однако суд пришёл к выводу, что непосредственных незаконных действий со стороны судебного пристава-исполнителя, наложившего арест, не установлено. Арест средств был наложен в рамках его законных полномочий для обеспечения исполнения решения.

Финансовые потери истца, по мнению суда, стали следствием односторонних действий банка, который произвёл перерасчёт процентов. Суд отметил, что такое условие договора может ущемлять права потребителя, но взыскание убытков с банка в рамках данного иска не заявлялось.

В удовлетворении всех исковых требований к службе судебных приставов и судебному приставу отказано.